DE
12+

Мийнссен Иво. Долг (Bringschuld) и культ героев.

Статья (ru):
Artikel (de):
28.05.2015

1 комментарий

28.05.2015 12:03
06.04.2013 23:05
Обсуждение текста Иво Мийнсена Челябинской рабочей группой

Александр Фокин: постановка вопроса кажется мне интересной, но несколько размытой. Концептуализация города-героя строится фактически на двух речах: Брежнева и Устинова. Тогда непонятно, на чем держится культ города-героя «снизу», какой отклик официальные репрезентации находят у жителей города и его гостей. Интересно было бы, наверное, сравнить статус города-героя и города-миллионника: выяснить, какой статус был престижнее, какие преференции он приносил. Также не совсем понятно, что изменилось в положении жителей Тулы после присвоения ему статуса города-героя.
Мне кажется, мы имеем дело с попыткой поиска мобилизирующих механизмов там, где они вовсе были не нужны, и не было самого поиска как такового.
Дмитрий Тимофеев: интересно посмотреть, какие ожидания людей были связаны с присвоением статуса города-героя, как воспринимался этот статус людьми, пережившими события войны в самом городе. Не возникает ли здесь интересная коллизия: люди ожидают благ и льгот от статуса, присвоенного государством за «подвиги», которые они, возможно, не совершали. Или в данном случае происходит идентификация не участвовавших в боевых действиях и последующих поколений с поколением фронтовиков? Если да, то за счет каких средств она достигается?
Дмитрий Седых подчеркнул, что в тексте не разведены два уровня восприятия города-героя: уровень советского партийно-государственного руководства и уровень жителей города, «простых» людей. Интересно было бы сравнить города-герои между собой, так как у каждого города была своя специфика. Мне не хватило анализа восприятия статуса города-героя жителями самого города и «сторонними наблюдателями».

Ольга Никонова: мне кажется, необходимо более осторожно и тщательно реконструировать каждый случай присвоения звания города-героя. Причины и механизмы принятия решения были различными для разных городов.
Андрей Романов: мне показалось, что текст наполнен множеством стереотипных представлений об СССР как империи, произошел перенос представлений о функционировании империй на Советский Союз. Необходимо подумать, насколько имперские модели применимы к позднему СССР.
Юлия Хмелевская: у меня в Туле живут родственники и я знаю ситуацию в городе как бы «изнутри». Сестра моей бабушки не стала эвакуироваться из Тулы и находилась в городе в то время, когда его половина находилась «под немцами». Тула — очень провинциальный город, в котором всегда очень остро стояли проблемы быта и инфраструктуры, разница в снабжении между Тулой и Москвой была очень разительной, хотя до столицы можно было добраться за 3 часа на электричке. Поэтому жители Тулы себя воспринимали всегда «в сравнении» со столицей, вынуждены были вести ежедневную борьбу за добывание продуктов первой необходимости и питания, которые привозились из Москвы. Мне кажется, что автор видит сложное в простом: о присвоении статуса города-героя просило руководство города, чтобы решить за счет этого проблемы снабжения Тулы. Я не помню, чтобы кто-то из родственников радовался по поводу присвоения звания города-героя и чтобы в городе появились какие-то особенные ритуалы после присвоения этого звания. Кстати сказать, нужно отметить, что ожидания жителей Тулы, связанные с решением их бытовых повседневных проблем, не оправдались.
Игорь Нарский: мне кажется, в тексте используются подходы и приемы анализа, применяемые обычно для характеристики эпохи сталинизма. Культ героев, который реконструирован автором, очень похож на сталинский культ героев, хотя и он выглядит несколько упрощенно. Модель, разработанная Г.Гюнтером, выглядит гораздо более комплексной. А герои брежневской эпохи тем более несводимы к сталинским. Может быть, автору стоило бы обратить внимание также на фольклор. Брежневская эпоха была временем девальвации сталинских символов, ценностей и идеалов, временем заката империи.
Николай Антипин: мне показалось, что автор не до конца разобрался с историческим контекстом присвоения звания города-героя. В тексте нет объяснения важному факту: почему именно 7 декабря стало датой присвоения звания, а ведь эта дата должна иметь «символическое» значение, прямо участвовать в обосновании присвоения статуса. Возможно, Тула получила звание города-героя уже в рамках юбилейной культуры, что мало пересекается с более ранними мотивами и механизмами присвоения этого статуса. Возможно, присвоение статуса города-героя Туле можно также связать и с фигурой Брежнева, который, как известно, был фронтовиком.